— Что ты хочешь сказать, Азазелло?
— Мессир, — ответил Азазелло, — разрешите мне сказать. У нас двое посторонних: красавица, которая хнычет и умоляет, чтобы ее оставили при госпоже, и кроме того, с ней, прошу прощения, ее боров.
— Странно ведут себя красавицы, — заметил Воланд.
— Это Наташа, Наташа! — воскликнула Маргарита.
— Ну, оставить при госпоже. А борова к поварам!
— Зарезать? — испуганно крикнула Маргарита, — помилуйте, мессир, это Николай Иванович, нижний жилец. Тут недоразумение, она, видите ли, мазнула его кремом…
— Помилуйте! — сказал Воланд, — на кой черт и кто станет его резать? Пусть посидит вместе с поварами, вот и все! Не могу же, согласитесь, я его пустить в бальный зал!
— Да уж… — добавил Азазелло и доложил: — Полночь приближается, мессир.
— А, хорошо. — Воланд обратился к Маргарите: — Итак, прошу вас! Заранее благодарю вас. Не теряйтесь и ничего не бойтесь. Ничего не пейте, кроме воды, а то вы разомлеете и вам будет трудно. Пора!
кого позвалЪ тот и ответилЬ
никак никикак не поймем) шо тута МНОГО-мерность) и меринов есть)) и мерила. Токо я не отражаюсь в зеркалах

И крем надо убирать в тумбочку вместе с Марго. Ритами. Мало ли кто..съест
хотя..без метлы не подействует..а хвостом создатель таки не каждого одарил
